Медиативные технологии относятся не к самым распространённым способам разрешения бизнес-споров, однако, если верить статистике, компании начинают обращаться к этому механизму. 70–80% конфликтов, переданных независимым посредникам, заканчиваются успешным заключением соглашения. Насколько медиативные переговоры становятся новым стандартом для делового сообщества, какие плюсы они несут и какие риски, разбирались наши эксперты.
Венера ШАЙДУЛЛИНА, к. ю. н., gr-эксперт, эксперт Госдумы РФ, директор исследовательского центра «Аналитика. Бизнес. Право», Москва:
– Медиация – альтернативный способ урегулирования конфликтов с участием третьей нейтральной стороны – медиатора. Он особенно эффективен в сферах с долгосрочными деловыми отношениями: строительство, поставки, дистрибуция, франчайзинг, IT, семейный бизнес. Для этих областей сохранение партнёрства имеет приоритетное значение, а разрыв отношений часто означает весомые убытки. При наличии конфликта разрешение его с помощью третьего нейтрального участника позволяет обеспечить сохранение деловых связей.
В отличие от судебного процесса, который противопоставляет стороны как оппонентов, медиация фокусируется на поиске общих точек соприкосновения. Медиатор помогает сторонам выявить истинные бизнес-интересы за заявленными позициями, перейти от взаимных обвинений к совместному решению проблемы, увидеть ситуацию с точки зрения партнёра.
В России данные решения пока не получили такого широкого распространения, как в странах с англосаксонской правовой системой. На это есть несколько причин: относительная новизна института, традиционная ориентация на судебное разрешение споров, недостаточная информированность бизнеса о преимуществах медиации, низкая культура добровольного разрешения конфликтов.
Однако потребность в медиации в российском деловом сообществе, безусловно, есть, особенно в условиях перегруженности судебной системы и необходимости оперативного разрешения споров.
Наиболее распространённые типы конфликтов, которые можно разрешить посредством процедуры:
– конфликты между партнёрами, возникающие из-за разногласий соучредителей по вопросам стратегического развития бизнеса, распределения прибыли или общей ответственности;
– споры, касающиеся долговых обязательств, где медиация может помочь в процессе реструктуризации задолженности, а также в изменении условий оплаты;
– корпоративные конфликты, которые могут возникать между акционерами или участниками общества, а также между руководством компании и её собственниками, требующие посредничества для достижения конструктивного разрешения;
– трудовые споры между управленческим составом и сотрудниками, зачастую касающиеся вопросов компенсаций или условий труда;
– коммерческие споры относительно договоров поставки, подрядных обязательств или оказания услуг, где медиация способствует достижению согласия сторон.
– конфликты в области интеллектуальной собственности, включающие вопросы, связанные с авторскими правами, использованием товарных знаков и ноу-хау.
Без медиации могут обойтись компании, работающие в высококонкурентных средах с множеством взаимозаменяемых контрагентов, где долгосрочные отношения некритичны.
Выгоды от досудебного регулирования – меньшие траты времени и финансов. Средняя продолжительность медиации – 1–3 сессии по 3–4 часа в течение 2–3 недель. Судебного разбирательства – от 3 месяцев до 1,5 лет, а с учетом апелляций и кассаций – до 2–3 лет.
Стоимость медиации – от 30 тыс. до 150 тыс. рублей. Судебного разбирательства – от 100 тыс. до 500 тыс. руб. и выше.
Михаил МАЛЫШЕВ, управляющий консалтинговой компании ООО «ЮМИ консалт», юрист, налоговый консультант, председатель Экспертного совета по налогообложению и правоприменительной практики УТПП, Ижевск:
– Федеральный закон «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» был принят в 2010 году и дал важный инструмент в виде альтернативного урегулирования споров. Бизнес выбирает его за скорость, конфиденциальность и гибкость.
Однако практика применения остаётся низкой – менее 1% споров. Медиация – действенный, но пока нишевый инструмент. Её сейчас воспринимают скорее как идею, чем как реально работающий механизм. Чаще всего стороны, не утруждая себя поиском медиатора, либо разрешают конфликт путём двусторонних переговоров или же сразу обращаются в суд. Медиация – добровольная процедура, чем-то похожая на сессии у психолога, который помогает решить общую проблему. Она сама по себе не сложная, важно найти медиатора и обеим сторонам довериться ему, сформировав по итогам встреч итоговое соглашение.
К большому сожалению, за мою 15-летнюю практику я не встречал ни одного медиативного соглашения, и это очень печально. Вероятно, причина в том, что к юристам обращаются тогда, когда диалог между сторонами закончился, и тут уже не поможет никакой медиатор. Однако, если говорить о дальнейшем развитии института, можно отметить, что перспективы у него, безусловно, есть. Недавнее резкое увеличение госпошлин в судах как раз может дать толчок для развития медиации, лишний повод сторонам задуматься о привлекательности этого инструмента. Также я надеюсь, что медиацию можно будет использовать не только в коммерческих отношениях, но и в диалоге между бизнесом и государством.
Оксана ВАСИЛЬЕВА, к. ю. н., доцент Финансового университета при правительстве РФ, Москва:
– Медиация не подходит для следующих бизнес-споров:
– налоговые, таможенные, антимонопольные, экологические;
– против государства, ФНС, прокуратуры и т. д.;
– когда в споре участвуют третьи лица, интересы которых невозможно учесть без их участия, а они не согласны на медиацию;
– при подозрении на уголовное правонарушение: мошенничество, растрату – только суд может квалифицировать эти действия;
– в споре о банкротстве: процедура строго регламентирована, индивидуальные договорённости невозможны;
– когда нужно установить юридически значимый факт или, например, признать право собственности – это возможно только в суде.
В отличие от суда, медиатор не выносит обязательного решения. Существует риск невыполнения соглашения: если медиативное соглашение не утверждено судом, его невозможно принудительно исполнить через приставов. Всё держится на добросовестности сторон. При этом суд может отказать в утверждении, если соглашение нарушает закон или права третьих лиц.
Но медиация, особенно в предпринимательской деятельности, определённо необходима. Есть примеры, когда она спасла бизнес от крупных убытков. В 2012 году между компаниями Samsung и Apple разгорелся конфликт, связанный с обвинениями в нарушении патентных прав. Противостояние длилось несколько лет и сопровождалось многомиллионными судебными расходами с обеих сторон. Однако после серии медиационных переговоров они смогли достичь соглашения и заключили договоры, предусматривающие взаимный обмен лицензиями на использование технологических разработок.
Кроме того, механизм помогает компаниям выйти на международный уровень. Зарубежные партнёры, особенно из ЕС и США, часто требуют включения медиационных или арбитражных процедур в контракты.
Бизнес может внедрить медиативные практики и в корпоративную культуру. Работа с медиатором снижает количество внутренних конфликтов в компании. Можно привести кейс одного из российских МФЦ. Здесь существовали такие проблемы: многоуровневая структура, высокая нагрузка на сотрудников, жёсткая регламентация процессов работы, рост числа жалоб от сотрудников и увольнений.
Что было сделано? В рамках внутреннего проекта все работники прошли обучение медиативным техникам, была создана служба внутреннего медиатора – специалиста, к которому можно обратиться до конфликта или на его начальной стадии, разработан механизм мягких сессий, когда сотрудник и руководитель обсуждают сложную ситуацию при поддержке медиатора. В результате число жалоб на руководство снизилось на 40% за шесть месяцев, уровень добровольного увольнения – на 30%, повысилось удовлетворённость сотрудников взаимодействием с коллегами.
Участие в медиации демонстрирует зрелый и ответственный подход компании к управлению бизнес-процессами.
Лариса ПОПОВА, резидент регионального отделения общероссийской общественной организации «Деловая Россия», Ижевск:
– Институт медиации в России пока не стал массовым инструментом, но его потенциал для бизнеса очевиден. В условиях роста судебных издержек – с 2024 года госпошлины растут кратно – и кадрового дефицита альтернативные методы урегулирования споров могут стать выгодной инвестицией в стабильность компании. Особенно это актуально для трудовых споров. Из-за нехватки квалифицированных кадров работодатели стали более лояльны к сотрудникам и заинтересованы в сохранении команды. Считаю, что в ближайшие годы именно в HR-сфере медиация получит наибольшее распространение, и это можно будет назвать новым веянием в управлении трудовыми отношениями и персоналом.
Бизнес не всегда осознает, что уже использует элементы медиации. Например, работа корпоративного психолога – это тоже своего рода медиация, способ снять напряжение и предотвратить конфликты в коллективе.
Я бы назвала медиацию универсальным солдатом. Она минимизирует эмоции в переговорах, выступает своего рода мягким конфликтологом, который делает ставку не на силу, а на диалог, экономит ресурсы компании, помогает объективно оценить позиции сторон и найти решение, которое устроит всех. Часто проигрывающая сторона, осознав свои ошибки, пересматривает подход и выходит на более эффективную стратегию. То есть медиация – это ещё и возможность перейти на новый бизнес-уровень.
Алина БОРИСОВА, юрист в сфере рекламы и медиа, имеет образование профессионального медиатора:
– Медиация и судебное разбирательство не конкурируют, а дополняют друг друга. Медиация – это дополнительная возможность, её можно инициировать до обращения в суд, а также и тогда, когда спор уже передан на его рассмотрение.
У процедуры есть свои особенности:
– Конфиденциальность. Никто не узнает даже о факте обращения к медиатору, под запретом и раскрытие сведений о ходе процедуры, за исключением случаев, когда стороны прибегли к медиации во время рассмотрения спора судом;
– Сохранение личного контроля за решением. Стороны сами договариваются об оптимальном варианте. Из этого вытекает хороший уровень исполнимости: сами так решили, установили реальные сроки, определили работающие санкции за нарушение договоренностей;
– Возможность удостоверить медиативное соглашение у нотариуса, чтобы оно получило силу исполнительного документа.
Вместе с тем, медиация – процедура в нашей стране новая. Поэтому при её применении бизнес может столкнуться с рядом сложностей, например, по поиску специалиста с подходящими бизнесу навыками. Сегодня услуги профессионального медиатора может оказывать лицо с любым высшим образованием (театральным, в сфере сельского хозяйства и др.) и с дополнительным профессиональным по медиации. Элегантно этот вопрос решил центр медиации при одном из крупнейших бизнес-объединений: их посредники по общему правилу имеют высшее юридическое или экономическое образование.
Ещё не закрепилось понимание работы механизма. Например, получив отказ в юридической консультации от медиатора (по закону посредник не вправе оказывать участнику спора правовую помощь), стороны считают, что процедура бесполезна. Или вопрошают: «Раз мы в процедуре сами будем договариваться, зачем нам нужен медиатор?» Во втором случае решить вопрос проще, объяснив: «Потому что без посредника вы не договорились».
Некоторые участники рынка используют процедуру в недобросовестных целях, пытаясь выведать информацию у второй стороны, заключить фиктивное медиативное соглашение и т. п. От этого страдает доверие к процедуре.
Добавлю, что медиация всё же применяется весьма активно, что подтверждается судебными актами. О случаях медиации вне суда мы не знаем из-за конфиденциальности процедуры.
Альберт БОДОКИЯ, основатель финтех сервиса по международным платежам и переводам, Москва:
– Скажу о внесудебном решении споров, как представитель бизнес-среды. Преимущество медиативных практик – в гибкости, мобильности, экономике. Там, где суд разбирается только в предмете иска, медиатор может учесть реальные интересы сторон. В практике был случай: директор и один из совладельцев компании не делили доли больше года. За двадцать восемь дней работы с медиатором они договорились о выкупе доли, погашении долгов и сохранили контракт с крупным заказчиком. Если бы дело дошло до суда, только госпошлина составила бы больше миллиона, а расходы на юристов – ещё два с половиной. Вместо этого они вложились в медиатора, нотариальное заверение, сэкономили сотни часов и нервов.
Медиация актуальна для отраслей с множественными звеньями и рисками, там, где нужен не только результат, но и продолжение работы. В судебной инстанции этого не добиться. Медиация – это про то, что нельзя просто передать юристу и забыть, потому что за каждым спором стоит живой человек, контракт или долгосрочное взаимодействие.
А ещё в медиации возможны опционные схемы, рассрочки, скидки, уступки – всё, что в суде просто недопустимо.
Однако есть и ограничения. Когда спор касается публичных интересов или затрагивает третьи стороны, если нужно накладывать арест или защищать себя от недобросовестного поведения оппонента, без суда не обойтись. Медиатор не может заставить участвовать в процедуре, он не вправе выносить обеспечительные меры. И да, система работает только там, где есть минимальная готовность к переговорам. Но по статистике, до 80% медиативных соглашений исполняются добровольно, тогда как судебные акты исполняются реже одного из пяти.
Сегодня бизнес всё чаще обращает внимание на медиацию ещё до возникновения спора. Некоторые компании включают обязательные оговорки в договоры, приглашают медиатора на стадии обсуждения конфликтов между топ-менеджерами, выстраивают внутренние процедуры. На крупных предприятиях работают корпоративные омбудсмены. Медиация – это взрослый способ говорить друг с другом. Да, он срабатывает не всегда, но если вы не хотите потерять делового партнёра, деньги, временной ресурс, это решение, как минимум, стоит попробовать.
