Голос бизнеса. Актуальные проблемы ведения бизнеса в Удмуртии

Журнал «Деловая Репутация» совместно с уполномоченным по защите прав предпринимателей в УР провёл круглый стол «Актуальные проблемы ведения бизнеса в Удмуртии». Более 60 участников мероприятия – представители крупного, малого и среднего бизнеса – поделились наболевшим и внесли свои предложения по улучшению делового климата в регионе. По итогам круглого стола создана резолюция, которая включит перечисленные предпринимателями проблемы и предложения. После их анализа и структурирования представители бизнес-сообществ при содействии Аппарата уполномоченного обратятся для их решения к представителям власти и надзорным органам.

Неподъёмные платежи

Александр ПРАСОЛОВ, уполномоченный по защите прав предпринимателей в УР:

– Радует, что в Удмуртии есть неравнодушные представители бизнеса, заинтересованные в положительных изменениях. В течение 2017 года ко мне поступило 156 письменных обращений. Чаще всего они касались проведения контрольных мероприятий, вопросов налогообложения и земельно-имущественных отношений. Так, известны случаи, когда инвестор вложил в реализацию проекта свои и заёмные средства, продал имущество, а потом налог или арендная плата за земельный участок вырастают в разы. Предприниматель ещё не успел получить никакого дохода, а уже несёт убытки и должен продавать имущество с торгов?

Повышение налогов должно быть предсказуемым для бизнеса, чтобы можно было предпринять какой-то манёвр. Однако при резком росте платы предприниматель не успевает не то что сориентироваться, а даже иногда узнать об этом заранее.

Новые законопроекты проходят процедуру оценки регулирующего воздействия. Когда готовится обоснование, по закону оно должно быть экономическим, а мы видим бюджетное – «бюджет получит дополнительно 1 млрд рублей». А чем этот миллиард грозит в будущем? Может, падением собираемости налогов на 2 млрд через пару лет? Такие расчёты не делаются.

Рустам ХАБИБУЛЛИН, председатель правления Ассоциации «Деловая Удмуртия»:

Мы находимся в достаточно глубоком кризисе, доходы предприятий и граждан не растут. Если просить государство просто не поднимать налог на землю, скорее всего, положительного решения не будет. Но этот вопрос можно разделить на две части. Первая – ситуации, когда земля действительно используется для реализации инвестиционных проектов. Вторая – заброшенные участки. Мне кажется, конечная цель – не просто собрать налоги, а заставить пользоваться землёй или отказаться от неё. Если предложить не повышать налог для добропорядочных предпринимателей, которые действительно работают на участках, это может найти понимание со стороны госорганов.

Также в сегодняшних условиях недопустимо поднимать общий налог типа НДС. Но если есть обоснование, которое вводит дифференциацию и касается только нарушителей, это разумно. Надо не противопоставлять бизнес и государство, а смотреть, где повышение налогов выгодно, а где нерационально.

Виталий ВИНТЕР, предприниматель, общественный представитель уполномоченного в Воткинске:

Нам приводят в пример эффективный западный бизнес. Но там государство лояльно к предпринимателям, они его уважают. Вплоть до того, что отказываются от откатов и нелегальных сделок. А в России чем хуже ситуация в экономике, тем больше налогов стремятся собрать. Сейчас мы воспринимаем введение новых налогов как данность, а должны просто не допускать принятия законов, ухудшающих положение бизнеса. Необходимо создать экспертную площадку, включающую в себя предпринимателей и чиновников, для совместного рассмотрения предложений.

Снежана БЕЛОКРЫЛОВА, председатель Общественного совета предпринимателей при администрации Воткинска:

В нашем городе обострилась конкуренция. В одном доме может быть несколько аптек, рядом с пекарней местного предприятия появляется новая, открываются магазины с дешёвой китайской одеждой… Из-за этого многие предприниматели уходят с рынка, какие бы качественные товары они ни продавали.

Моё предложение – игроки должны согласовывать открытие новых точек с торговым отделом городской администрации, который оценивал бы наличие рядом аналогичных объектов.

Также беспокоит возможное введение 4%-ного налога с продаж. Есть мнение, что онлайн-кассы внедрили, чтобы сделать бизнес более прозрачным, а затем обязать платить проценты с продаж.

А. Прасолов: – Не соглашусь по первой части. Конкуренция способствует развитию рынка. Но она должна быть добросовестной. При продаже контрафакта либо некачественных товаров должны вмешиваться контролирующие органы.

Устанавливать онлайн-кассы действительно обязали даже предпринимателей, у которых системы налогообложения не зависят от выручки. У меня возникли подозрения, что в будущем это может привести к введению налога с продаж. Я задавал этот вопрос руководителю ФНС России. Он не дал чёткого ответа, но не исключил такую возможность. Но если вводится новый налог, от какого-то другого должны освободить.

Общие беды

Александр БАБУШКИН, руководитель УРОО «Предприниматели Удмуртии»:

– Могу выделить сразу несколько системных проблем, с которыми сталкиваются предприниматели.

Первая – сложности и ограничения при участии в торгах. Малый бизнес, участвующий в тендерах, сталкивается с огромной конкуренцией, вынужденно уступая компаниям из экономически развитых регионов. Возможно, федеральный бюджет от этого и выигрывает, но ценой потери качества товаров и услуг. Удмуртия оказывается только в проигрыше: наши деньги и налоги уходят в крупные промышленно развитые города. Производственные холдинги, взявшие на вооружение идею импортозамещения, лоббируют свои интересы в ущерб другим участникам рынка, торгующим аналогичным  продуктом российского производства.

Сегодня заказчик и поставщик поставлены в заведомо неравные условия. В типовых контрактах не прописаны ни график, ни порядок поставки. Например, аукцион проводят в начале года, а товар заказывают только в конце, когда цены закупа для поставщика уже выросли. Также заказчик по своему желанию может отказаться принимать товар или услуги либо из всего перечня товаров, прописанных договором, взять что-то одно. За подобные действия предусмотрен штраф, но он копеечный. В то же время очень жёстко регулируется ответственность поставщика. Как правило, срок поставки устанавливается в несколько дней от момента заявки. За нарушение сроков либо отказ поставщик несёт финансовую ответственность. Более того – под угрозой оказывается возможность его дальнейшего участия в тендерах. Если поставщик допустил техническую ошибку, неверно расшифровав ТЗ заказчика, возможность её исправления после торгов законодательством не предусмотрена. Подрядчику теперь одна дорога – в недобросовестные поставщики. Сложившаяся ситуация очень несправедлива по отношению к предпринимателям. Малый бизнес беспомощен перед лицом заказчика, вооружённого мощным штатом юристов, нанятых за счёт средств налогоплательщиков.

Вторая проблема – государственная политика в отношении бизнеса и профильных общественных организаций. Практически каждый день мы сталкиваемся с безразличием чиновников и неуважением граждан. Для первых малый бизнес – это досадный, отвлекающий от «важных дел» фактор. Вторые считают предпринимателей причиной их проблем, хотя на самом деле эта тема надуманна и используется для манипуляции общественным мнением. Такое положение дел мало изменилось с приходом новой власти в Удмуртии. Несмотря на все заверения правительства УР, что для бизнеса наступили благоприятные времена, на деле происходит обратное. С 1 января 2018 года для большинства удмуртских предпринимателей, применяющих УСН, налог поднят с 10 до 15%, в то время как во многих регионах России он значительно ниже: в Ленинградской области и Чечне – 5%, в Свердловской области – 5,7%, в Санкт-Петербурге – 7%. То есть налог в Удмуртии установлен по максимально возможной ставке.

Работа с бизнес-сообществом практически свёрнута. С начала ноября 2017 года главой Удмуртии ни разу не созывался Общественный совет по развитию предпринимательства. Когда я обращался к одному из руководителей республики с вопросом, что развитию малого бизнеса уделяется недостаточно внимания, услышал, что мне это только кажется. Получается, что всерьёз занимаются проблемами крупных предприятий ВПК, которые уже платят большие отчисления в бюджет. Но ГУПы и МУПы налогов с дохода почти не приносят: по данным за 2017 год, лишь 15 млн при общем обороте в 23 миллиарда. Малый бизнес приносит гораздо больше дохода. Одни только киоски в былые времена давали около 60 млн рублей.

Раньше власти Ижевска более-менее прислушивались к чаяниям владельцев киосков и пусть с трудом, но признавали право малых архитектурных форм на существование. При городской администрации была создана группа по организации торговой схемы с участием предпринимателей. В схему вошло около 500 торговых мест. Но месяц назад администрация изменила её, убрав около 100 киосков. Членов действующей рабочей группы даже не пригласили для обсуждения причин такого решения. Все объекты, не попавшие в торговую схему, будут снесены, а собственники многих из них не получат приоритетного права на торгах. Также за полем зрения закона остался вопрос, на что могут рассчитывать новые владельцы нестационарных торговых объектов после окончания срока действия договора.

Негативное влияние на работу малого бизнеса оказывает отношение госструктур к общественным организациям предпринимателей. Ни суды, ни прокуратура напрямую не принимают обращения таких объединений, аргументируя тем, что это не хозяйствующий субъект. Общественная организация как юридическое лицо не может присутствовать и участвовать в разбирательствах. Поэтому мы вынуждены писать обращения от лица отдельных предпринимателей. С высоких трибун звучат речи о желании увеличивать общественную активность, на программы общественных организаций выделяются государственные средства. Однако объединения предпринимателей сегодня никак не поддерживаются властью – не только финансами, но даже и помощью в обучении актива.

Михаил БАЛЯСНИКОВ, президент МОО «Защита и развитие интересов МСП», координатор Коалиции киоскёров и малых торговых форматов в Ижевске:

– В кризис начали обсуждать меры поддержки малого бизнеса, в том числе квоты при участии в госзакупках. Это привело к повышению критериев, по которым компанию относят к малым, – годовой оборот 800 млн вместо 120 млн, микробизнес – до 120 миллионов. Представители бизнеса, которые действительно нуждаются в поддержке – например, владелец небольшого магазина, фермер – попали под общую раздачу. Ужесточаются условия всех видов деятельности.

Сейчас сложилась ситуация, когда власть принимает необдуманные законы, а бизнес их не соблюдает, потому что все требования выполнить невозможно. Например, чиновники издают запрет на торговлю алкоголем в магазинах, находящихся на первых этажах жилых домов. В отчёте скажут об успехах в борьбе с алкоголем. А уход с рынка половины предпринимателей чиновников не волнует.

Недавно приняли дизайн-код Ижевска. Думаю, все предприниматели за то, чтобы город выглядел хорошо. Но все изменения предполагается ввести в течение года. Местные полиграфические госпредприятия будут изготавливать вывески за 45 тыс. рублей. На переоформление рядового магазина придётся потратить в несколько раз больше. Для производителей рекламной продукции это золотое дно.

Считаю, что бизнес должен принимать активное участие в защите своих интересов, не занимая пассивную позицию. Принятие многих законов откладывалось, если бизнес-сообщество при прохождении процедуры ОРВ высказывало своё мнение. Яркий пример – региональный законопроект о запрете продажи алкоголя на первых этажах.

Я часто общаюсь с молодыми предпринимателями и вижу, что они не знают «подводных камней» – затраты по входу на рынок, общение с чиновниками, расчёт прибыли… А потом сталкиваются с массой трудностей. Моё мнение: если человек решил заняться бизнесом, помимо дебета-кредита он должен интересоваться политической ситуацией в регионе и стране. Рано или поздно это коснётся его. Но в целом хотя сегодня и непросто, однако всё-таки наметилось движение вперёд.

Рауза МЕДЯНСКАЯ, заместитель генерального директора Удмуртской торгово-промышленной палаты, практикующий юрист и бизнес-тренер:

– В большинстве случаев проблема предпринимателей – незнание законодательства. Нарушения можно и нужно искоренять ещё на начальной стадии. Я ездила по всем районам Удмуртии как преподаватель и вижу: многие предприниматели не верят, что можно защищать свои права. Это больше психологическое: «Бороться с Роспотребнадзором? Мы лучше штраф заплатим». Особенно такая установка характерна для малых городов и районов, и её нужно менять. Не надо бояться контрольно-надзорных органов, просто важно изучать законодательство и отслеживать изменения.

Зная ситуацию в других регионах, могу сказать, что Александр Прасолов входит в тройку лучших бизнес-омбудсменов в стране. Во многих регионах институт уполномоченного по защите прав предпринимателей не работает. В Татарстане его позиции слабее, чем в Удмуртии.

Доносить информацию до власти сложно, и здесь нужна наша активность. Надо создавать экспертные комиссии, которые помогали бы Александру Прасолову продвигать интересные предложения. Несколько лет мы прорабатываем тему создания центра медиации – возможности общения между органами власти и бизнеса для досудебного урегулирования конфликтов. Сейчас готовим медиаторов — посредников, которые могли бы работать с предпринимателями, но не можем получить в судах кабинеты. Инициатива должна исходить от бизнеса, чтобы мы могли вести переговоры с председателями Верховного и Арбитражного судов. Результат работы кабинетов в других регионах колоссальный.

Алексей ЗОРИН, учредитель и президент ЗАО «Катарсис»:

– В Китае, например, совершенно другой подход к поддержке предпринимателей государством. Первый вопрос к ним на совещаниях: «Чем вам помочь?». Даже в небольшом по китайским меркам городе может быть пять-шесть зон свободной экономической торговли. «Правила игры» открыты и понятны. Если компанию обещали освободить от налогов на пять лет – так и будет.

В российских условиях тоже нужно инициировать диалог с органами власти, понимая, что мы приходим не как просители и хотим в первую очередь услышать: «Чем вам помочь?».  Если это сделать в ближайшие 5–10 лет, российская экономика совершит рывок. А если только оправдываться и судиться, ничего не получится.

Последние проблемы связаны с пролонгацией договоров аренды помещений, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и претензиями со стороны ФНС по уплате социальных взносов. Но в совокупности не всё так плохо: прокуратура и судейский корпус стали более лояльны к бизнесу.

Сейчас предприниматели разобщены, каждый решает свои проблемы в одиночку. Считаю, что надо увеличивать аппарат уполномоченного. Или «всем миром» оплачивать услуги двух-трёх юристов, которые бы отстаивали наши интересы.

Отраслевые проблемы

Наталья ЛАЗУКОВА, владелица сети пансионатов «Золотая осень»:

– Мы открывали пансионаты с целью создать домашние условия для немощных пожилых и больных людей. Это позволило решить социальные проблемы региона. Была ликвидирована очередь в государственный дом престарелых, составлявшая более 200 человек. Но мы видим незаинтересованность госорганов в сотрудничестве. Сейчас у нас проходят проверки. Надзорные органы предъявляют к нашим пансионам, рассчитанным на 10–20 человек, такие же требования, как к государственным домам престарелых, где содержится 200–300 человек. Пожарные требуют крашеные стены, бетонные полы, железные лестницы, Роспотребнадзор – большие ванны для мытья посуды, хотя давно существуют посудомоечные машины.

Когда мы начинали эту деятельность, нормативных актов для организации частных пансионов не было. А потом в имеющихся документах, которые использовались для госучреждений, через запятую добавили «для юрлиц и всех форм собственности». Когда я обращалась в Роспотребнадзор с просьбой о пересмотре норм для небольших предприятий, мне ответили: «Никто не будет писать закон отдельно под вас». Хотя требования к государственным детским домам и семейным детдомам отличаются.

У меня сложилось ощущение, что цель контролирующих органов – не консультировать и помогать выполнить требования, а проверить соответствие формальным законам, при расхождениях – наказать или вообще закрыть. У меня есть похожий бизнес в Свердловской области. Там проверяющие гораздо более лояльны – просто предлагают устранить замечания. Есть большое желание перевести туда весь свой бизнес.

Кроме того, частные дома престарелых, вступившие в реестр поставщиков социальных услуг, по закону должны получать компенсацию за содержание людей, которые не могут в полной мере оплачивать пребывание в пансионате. Но на практике выплата этой компенсации задерживается. Одна из моих коллег не может получить её уже полтора года и по сути содержит семь стариков за свой счёт.

Пётр СТЕПАНОВ, ИП Степанов П. Г. (Алнашский район):

– У меня пять сельхозпредприятий, и я сталкиваюсь с целым рядом проблем. Во-первых, надо готовиться к посевной, выводить сельхозтехнику на дороги. Получить специальное разрешение в ГИБДД можно только в Ижевске, а хотелось бы в районе.

Во-вторых, сложно как взять кредит, так и в случае одобрения ежеквартально отчитываться по каждому из пяти предприятий. Я применяю спецрежим налогообложения, но всё равно должен сдавать отчёт в налоговую.

В-третьих, у меня 17 торговых точек, многие из которых расположены в деревнях, где нет Интернета. А по закону я должен установить там онлайн-кассы. Что делать – закрывать точки? На мой взгляд, их введение надо отсрочить. 

Светлана ТРОЯНОВА, председатель Союза парикмахеров Удмуртии:

Для многих видов бизнеса характерны проблемы зарегулированности. Но в индустрии красоты, наоборот, творится хаос из-за отсутствия какого-либо регулирования. Нормативные правовые акты в отрасли принимались в советское или раннее постсоветское время. Санитарные нормы морально устарели. Нашей отрасли нужны стандарты по разным компетенциям.

В нашей индустрии распространена серая занятость – 85–90% парикмахеров работают нелегально. Они хотят и могут платить налоги, но оформлять всю документацию для ведения предпринимательской деятельности им сложно – нужен упрощённый механизм легализации.

Другая проблема – на подготовку специалистов по республиканским и муниципальным заданиям бюджетные средства тратятся очень нерационально. Процесс и качество обучения никто не контролирует, в итоге молодые специалисты не соответствуют требованиям рынка и уходят из профессии.

На заседаниях общественных советов предпринимателей в расширенном составе сложно обсуждать вопросы отдельных отраслей. Более продуктивный формат – создать небольшие экспертные рабочие группы по направлениям, разработать и озвучить свои предложения.

Продолжение следует

Александр БАДИЦА, главный редактор журнала «Деловая Репутация»:

Надеюсь, встречи в таком формате станут регулярными. На наш взгляд, они должны решить главную задачу – чтобы сам бизнес сформулировал, конкретизировал и оформил свою проблематику для дальнейшего взаимодействия по решению этих вопросов с властными структурами и контрольно-надзорными органами.

По итогам мероприятия мы с Аппаратом уполномоченного по защите прав предпринимателей в УР подготовим резолюцию, которая включит в себя оценку представителями бизнес-сообщества доклада о результатах деятельности бизнес-омбудсмена в Удмуртии за 2017 год, а также проблематику, озвученную бизнесом на встрече. Уже с этим документом будут назначаться дальнейшие встречи с представителями государственной и муниципальной власти, надзорными органами. Также определимся с дальнейшим форматом мероприятий – будут ли это круглые столы или более узкие отраслевые встречи.

ЕСТЬ МНЕНИЕ

Олег ЖУРАВЛЁВ, генеральный директор ЗАО УК «Ижторгметалл»:

– Проведение круглого стола – важное для бизнес-сообщества мероприятие, и продолжение подобных встреч будет иметь положительный эффект для предпринимателей. Участники не замалчивают вопросы, которые не могут решить самостоятельно, а выносят их на рассмотрение широкого круга общественности и средств массовой информации. Лично я хотел бы и в дальнейшем участвовать в подобных мероприятиях.

Сегодня, на мой взгляд, одна из главных проблем розничной торговли – местные игроки страдают из-за прихода в Удмуртию федеральных компаний. Падает наценка на товары и услуги, снижаются налоговые поступления – всё это отрицательно сказывается на доходах республиканского бюджета. Федеральные игроки сильнее и крупнее, они просто «душат» мелкий бизнес. Наша компания этой весной ощущает падение покупательской способности. Причины тому – сложные экономические условия в целом по России. Платёжеспособность населения падает, люди тратят зарплату в первую очередь на продукты и коммунальные услуги. Хотелось бы улучшения экономической ситуации для роста деловой активности.

Читайте также: