Фрол Козлов. Из глав Ижевска – в преемники Хрущёва

Имя Фрола Романовича Козлова (1908–1965) помнят, пожалуй, только представители старшего поколения, да и то далеко не все. И уж тем более мало кто даже из местных жителей свяжет его с Ижевском. А ведь именно этот человек, ставший «вторым номером» в руководстве СССР при Хрущёве, возглавлял столицу Удмуртии в самое сложное для страны время, почти всю войну. 18 августа (5-го по старому стилю) со дня рождения одного из самых легендарных руководителей Ижевска исполняется 110 лет.

Самая успешная карьера

Если окинуть взглядом историю Ижевска и Удмуртии, то можно сделать вывод, что для многих их руководителей назначения сюда становились либо последней, либо высшей ступенькой карьеры.

В дореволюционное время исключением был, собственно, основатель оружейного завода Андрей Фёдорович Дерябин, возведённый в ранг крупного столичного чиновника, и трое заводских начальников конца XIX – начала XX века, переведённых на более «престижные» заводы в Туле, Сестрорецке и Петербурге.

В годы советской власти несколько руководителей также были переведены из Удмуртии на более ответственные должности, один из них, Георгий Иванович Воробьёв, даже был председателем Госкомитета СССР по лесному хозяйству.

Но всё же самых больших высот достиг Фрол Романович Козлов – второй человек в партии после Хрущёва, долгое время считавшийся его преемником. Своим карьерным взлётом он был обязан именно работе в столице Удмуртии.

Строго говоря, официальным руководителем Ижевска Фрол Романович не был: он являлся 2-м секретарём горкома партии. Но 1-й секретарь в те годы – это ещё и глава удмуртского Обкома, а потому фактически столичной парторганизацией руководил именно 2-й секретарь.

Младший сын

Первые десятилетия советской власти были временем, когда каждый действительно мог «сделать себя сам». У Фрола Романовича не было влиятельных родителей, он не выдвинулся благодаря «удачной» женитьбе или присяге крупному покровителю – только благодаря своим способностям, трудолюбию и реальным делам.

Он родился в деревне Лощинино Касимовского уезда Рязанской губернии, был младшим сыном в небогатой крестьянской семье, где кроме него было ещё трое детей. Отец умер, когда Фролу было два года, и семья оказалась в крайней бедности.

Несмотря на это, младший сын сумел получить 7-летнее образование и в 15 лет начал работать чернорабочим на фабрике «Красный текстильщик» в городе Касимове. Одновременно учился в ФЗУ, по окончании которого стал мастером цеха.

В 18 лет энергичный юноша избирается ответственным секретарем уездного комитета комсомола. Здесь он развивает активную деятельность: организует учёбы во всех ячейках уезда, конкурсы молодых работников, проводит встречи с профсоюзами. Вскоре он возглавляет экономический отдел комитета.

В 1928 году перспективный организатор поступает в Коммунистический университет им. Сталина в Москве, на комсомольское отделение, затем переходит на горный рабочий факультет, который окончил в 1931 году. В 1936 году выпускается из Ленинградского индустриального института со специальностью «инженер-металлург». Распределение он получает в Ижевск…

Ижевск. Испытание войной

С ижевским заводом № 180 Наркомата оборонной промышленности СССР (так назывались объединённые машиностроительный и металлургический заводы) молодой специалист уже был знаком: проходил здесь преддипломную практику.

Сначала он становится начальником смены, через полгода – начальником блюминга. В 1939 году, когда завод разделяют на машиностроительный № 74 (будущий «Ижмаш» и концерн «Калашников») и металлургический № 71 («Ижсталь»), Фрол Козлов избирается секретарём парткома последнего. Менее чем через год энергичный партийный деятель становится 2-м секретарём Ижевского горкома ВКП(б).

А ещё через год в СССР приходит война. Именно в жёстких условиях трудового фронта и проявил свои организаторские способности Фрол Козлов.

О том, как самоотверженно трудились жители Ижевска в годы Великой Отечественной, сказано уже немало, подвиг каждого предприятия уникален, и слава его заслуженна. Ижевск начал свою жизнь как город-завод, таким он прожил и те четыре суровых года. Достаточно сказать, что по стрелковой мощи, которую дал тогда армии Ижевск, он превзошёл целые страны. Только машиностроительный завод произвёл во время войны на 2 млн стволов больше, чем все заводы Германии, а оружейная индустрия Великобритании выдала за это время вдвое меньше.

Вклад городской власти в эту работу был огромен, пусть и не так заметен. Заводы ставили новые изделия на поток, выдавали «штуки» – но обеспечивать их работу, выстраивать и поддерживать связи между ними, налаживать быт их сотрудников – всё это ложилось на плечи города. А его руководителю в то время не было ещё и 32 лет.

Работу по переводу города на военные рельсы он начал как всегда энергично и системно. По воспоминаниям современников, он постоянно посещал предприятия, общался не только с их руководителями, но и с простыми тружениками, чтобы лучше узнать их нужды.

Фрол Романович участвовал в организации возобновления производства знаменитой винтовки Мосина, под его особым контролем был выпуск пулемётов «Максим», авиапушки «НС-37» и других прославивших Ижевск в военное время изделий. А когда в феврале 1943 года перед металлургическим заводом была поставлена задача выплавить легированную сталь для нужд авиапромышленности, сам как инженер-металлург принимал участие в работе по изменению технологии плавки. С 1943 года Фрол Козлов активно занимается делами «Фонда Победы».

Боролся Фрол Романович и за высокое качество ижевской оборонной продукции. Не секрет, что у некоторых руководителей подход был такой: если армии срочно надо оружие, то пусть довольствуется тем, что дают. Секретарь горкома постоянно встречался с директорами заводов, настаивал: качество, качество и ещё раз качество! Причём не просто требовал, а вместе с ними пытался найти пути решения проблем.

Он всегда обращал внимание руководителей заводов на кадровую политику. Добивался, чтобы в отделах кадров работали люди, знающие удмуртский язык. Требовал системной работы по обучению новых сотрудников.

Количество ижевских заводов в годы войны увеличивалось: как известно, сюда привозили эвакуированные предприятия из Киева, Харькова, Львова, Москвы, Тулы, Подольска вместе с сотрудниками – всего более 11 тыс. рабочих с семьями. Их размещением занимались городские власти.

В Ижевске и до войны были проблемы с жильём – но горком смог расселить всех новоприбывших, создав тем самым условия для немедленного запуска эвакуированных заводов (а ведь прибывали ещё и беженцы). К возобновлению выпуска так нужной фронту продукции Фрол Романович подключал другие заводы Ижевска. За каждым эвакуированным предприятием и организацией были закреплены сотрудники горкома, которые оказывали им любую помощь.

Занимались городские власти и «обратным процессом» – мобилизацией. Кроме того, Фрол Козлов организовал и постоянно поддерживал меры по готовности к обороне на случай нападения с воздуха, работу по охране важнейшей инфраструктуры Ижевска от диверсий.

Одним из основных направлений его деятельности была работа с людьми. «Нам необходимо покончить с недооценкой работы по улучшению бытовых условий трудящихся, – заявлял секретарь горкома на совещаниях. – Мы обязаны постоянно ставить и решать эти вопросы на местах, помня, что от улучшения быта трудящихся зависит дальнейшее повышение производительности их труда, а следовательно – выпуск продукции, так необходимой фронту».

В этом для него не было мелких вопросов. Фрол Романович требовал надёжного снабжения рабочих продуктами и пресечения воровства, добивался правильного оборудования мест для принятия пищи, стыдил руководителей за грязь в заводских общежитиях. Его вспоминали как общительного человека, с уважением относившегося к людям любого ранга.

В ноябре 1943-го, когда стало ясно, что ход войны переломлен в нашу пользу, стараниями Фрола Романовича в Ижевске было завершено строительство цирка, приостановленное с началом войны. Помощь в его возведении оказали городские заводы. Надо ли говорить о том, чем был цирк в те годы для ижевчан?

На взлёт!

Успешная работа Фрола Романовича не могла быть не замечена руководством страны. Уже в 1944 году, когда стало понятно, что победа Красной Армии над фашистами – только вопрос времени, 36-летнего руководителя Ижевска приглашают на работу в аппарат ЦК партии – на должность ответственного организатора, инспектора управления кадров. В новом статусе он не теряет связей с Ижевском.

Как оказалось, с победой над фашизмом война для СССР не закончилась. Уже в августе 1945-го бывшие союзники американцы демонстрируют свою ядерную мощь, сбрасывая бомбы на японские Хиросиму и Нагасаки, а в марте следующего года другой бывший союзник Черчилль произносит свою знаменитую фултонскую речь, призвав к созданию военного блока против Советского Союза. Стало ясно, что нашей стране просто необходимо что-то этому противопоставить.

О работе над советской атомной бомбой написано много. Но часто упускается из виду, что кроме самой бомбы нужно было создать средство её доставки – бомбардировщик дальней авиации. Во время Великой Отечественной в такой технике не было необходимости, и вот теперь приходилось разрабатывать её заново. Именно на этот «фронт» советское руководство направило Фрола Козлова, уже зарекомендовавшего себя как организатора оборонного производства, умеющего выстраивать большое количество цепочек между заводами-смежниками. В марте 1947 года он становится вторым секретарем Куйбышевского обкома ВКП(б): производство самолета Ту-4 решено организовать на куйбышевских (самарских) опытных авиазаводах, и Фрол Романович должен координировать эту работу.

С задачей он, как всегда, справляется блестяще. В августе 1949-го бывшие союзники ввергаются в настоящий шок, когда СССР испытывает ядерный заряд на Семипалатинском полигоне, а на вооружении армии уже состоят стратегические бомбардировщики Ту-4. Козлов начинает курировать создание реактивных истребителей МиГ-15. Но уже в ноябре его переводят на новую работу – в Ленинград.

Преемник

Фрол Козлов назначен секретарём парткома Кировского завода. Должность вроде бы в сравнении с предыдущими небольшая, но быстро становится понятно: это всего лишь обязательная для чиновника ступенька перед новым высоким постом. Уже через два месяца Козлов – 2-й секретарь, а ещё менее чем через два месяца – 1-й секретарь Ленинградского горкома партии.

В июле 1952 года Фрол Романович становится 2-м секретарём обкома партии, а в следующем году, вскоре после прихода к власти Хрущёва, – 1-м секретарем. В советское время эта должность считалась неофицальной стартовой площадкой для высших постов в государстве.

В 1957 году, в дни празднования 250-летия города, Фрол Козлов введён в состав президиума ЦК партии (после отстранения «антипартийной группы» Маленкова, Кагановича, Молотова). В том же году он становится председателем Совета Министров РСФСР, членом Бюро ЦК КПСС.

А в марте 1958-го, вместе с Анастасом Микояном, Козлова назначают 1-м заместителем председателя Совета Министров СССР Никиты Хрущёва. В его ведении – работа комиссии президиума Совета по текущим делам, министерств путей сообщения, морского флота, транспортного строительства, связи, Главного управления по строительству автодорог и гражданского воздушного флота. По своим полномочиям Фрол Романович становится вторым человеком в СССР.

Никита Сергеевич полностью доверял своей «правой руке». А сын Хрущёва позже вспоминал о большой преданности Козлова своему начальнику.

В 1960 году его полномочия становятся ещё шире: его назначают секретарем ЦК КПСС, теперь в его ведении также кадровые вопросы, строительства, развития ОПК, Вооружённых сил и органов госбезопасности. Всё это сосредоточено в руках одного человека, карьера которого началась в Ижевске. И плоды его работы в этих сферах сложно переоценить. Фрол Козлов внёс огромный вклад в восстановление страны после войны и укрепление мощи СССР.

Осуществлял Фрол Романович и международные функции, хотя официально внешняя политика была закреплена за вторым первым зампредом Совмина Микояном. Именно Фрол Козлов стал первым представителем высшего руководства СССР, посетившим США. Вообще-то подоплёка там была такая: побывавшие в Советском Союзе американские промышленники пригласили нашу делегацию с ответным визитом для знакомства с судостроением США, а у Фрола Романовича после Ленинграда были знания в этой сфере. Но американцы посчитали его визит в июле 1959 года однозначным сигналом из Кремля, и тогда же на обложке журнала Time появилась его фотография с вопросом: «Преемник Хрущёва?».

Фрол Козлов также передал Никите Сергеевичу устное приглашение президента Дуайта Эйзенхауэра посетить США в любое удобное время, а позже сопровождал вице-президента Ричарда Никсона в ходе его визита в СССР.

Фрол Романович стоял и у истоков авиационно-космического комплекса страны, курируя в том числе и подготовку полёта первого космонавта Земли Юрия Гагарина. Кроме того, именно он, как секретарь ЦК, 3 апреля 1961 года подписал постановление, одобряющее пилотируемый полёт в космос. И именно он открывал митинг на Красной площади в честь первого космонавта. Вклад Фрола Козлова есть и во всех других свершениях Советского Союза того времени.

Поднявшись на вершину власти одной из самых могущественных в мире стран, не забывал он и о «родном» Ижевске. Как вспоминает Герой Социалистического Труда Виктор Петрович Ионов, бывший в 1960 году начальником цеха на Ижевском машиностроительном заводе, Фрол Козлов очень тепло принял его в своем кабинете и помог предприятию приобрести современные шлифовальные станки для обновления производства.

Падение

Всё изменил 1963 год. 11 апреля в конце рабочего дня 54-летний Козлов уехал к себе на дачу и во время прогулки вдруг потерял сознание. Оказалось – инсульт правого полушария головного мозга с левосторонним параличом. Нечеловеческая нагрузка, которую он испытывал практически всю жизнь, дала о себе знать.

К его лечению подключились лучшие медики, но вернуться в строй он уже не смог. За ним сохранили место члена Президиума ЦК КПСС, в 1964 году он стал пенсионером союзного значения. А его место в качестве 2-го секретаря ЦК занял Леонид Ильич Брежнев, вскоре сместивший Хрущёва с его должности.

30 января 1965 года 56-летний Фрол Романович Козлов скончался. Он был похоронен с воинскими почестями на Красной площади у Кремлёвской стены.

…Уже позже, после ухода Фрола Романовича, многие брежневские соратники высказывались о нем негативно. Писалось о разных подоплёках его якобы «опалы», которая и стала будто бы причиной инсульта, – от недовольства Хрущёва тем, что Козлов допустил предательство Пеньковского, до и вовсе криминального следа в Ленинграде, с его якобы протеже, закапывающим ворованные деньги и ценности в могилу дочери…

Что было на самом деле – сейчас уже сложно сказать, но понятно, что эти слова о вероятном преемнике смещённого ими Хрущёва нужно «делить». Большие личности всегда неоднозначны, а самое объективное – это судить человека по его делам.

Главное же дело Фрола Козлова – укрепление оборонной мощи и международного авторитета нашей страны. И начиналось оно здесь, в Ижевске.

(печатается по книге Р.Минина «Фрол Козлов. Имя у кремлевской стены»)

Читайте также: