Евгений Иволин. Как учить управлению снегоходом

Евгения Иволина, двукратного чемпиона России, мастера спорта РФ по авторалли, в шутку можно назвать человеком с моторчиком… И это будет недалеко от истины, так как все его увлечения – и личные (сноукросс, снегоходы, квадроциклы и т.д.), и бизнес – связаны с «движком» и, конечно, драйвом, экстримом и скоростью.

 

В Удмуртию спортсмен в очередной раз приехал по приглашению Центра Активного Отдыха «Экстрим». На протяжении двух недель в

Усть-Бельске он преподавал райдерам из разных городов методику управления горным снегоходом.

Свои занятия Евгений называет курсом – никак не школой, хотя, объективно говоря, в нём есть много схожего с учебным заведением. На стене – подробный план: время «школяров» расписано, начиная с 7 утра и вплоть до 19 вечера. Рядом со столом, за которым райдеры собираются в конце каждого дня на обсуждение промежуточных и окончательных итогов тренировок, – маркерная доска, где прописано, для чего каждый приехал на курс. Это строгая дисциплина: спиртные напитки здесь употреблять запрещено – проступок карается исключением. Ну и, конечно, это авторитетный преподаватель. Спорить с таким вряд ли захочется, учитывая его 17-летний опыт управления горным снегоходом, чемпионский титул и мастерство в других дисциплинах.

 

Статусность нивелируется на входе

– Евгений, и почему всё-таки Вы называете свои занятия курсом, а не школой, как везде в России?

На самом деле 95% обучающих практик называют школами. Но они

даже близко не школы, да и на курсы тоже не тянут. Уровень квалификации учеников на выходе – низкий. Всё потому, что любой желающий, более или менее научившись ездить траверсом, создаёт свою школу и привлекает в неё народ. Поэтому школ и громких названий много, а толку – мало. Что могу посоветовать – если собираетесь учиться, читайте отзывы, интересуйтесь инструкторами, их опытом преподавания.

Более того скажу, у меня были ученики, которые раньше занимались, в том числе, с именитыми зарубежными учителями. Но, судя по тому, как они ездят, иностранцу крайне сложно научить русского. Во-первых, этому мешает менталитет, во-вторых, языковой барьер, а в-третьих, мы привыкли ко кнуту. «Не наши» тренеры не могут совладать с человеком, который закрылся, – и не из-за того, что ему лень, а по причине банальной усталости. И вот нужно его заставить, открыть в нём второе дыхание, для его же пользы – и человек тут же начинает прогрессировать. А потом говорит: «Спасибо, что не «слез с меня», не дал мне спуску. И пусть добровольно-принудительно, я закончил курс, и у меня начало получаться!»

 

– Снегоход – увлечение недешёвое, и многие Ваши ученики, соответственно, люди статусные. К ним вы тоже применяете кнут?

А где здесь статус? В бане генералов нет. На курсе мне никто по должности не представляется. Я знаю только имена. Вот и всё. Если ты приехал учиться, у тебя один статус – ученик. И у всей группы есть один учитель – это я. Поэтому статусность у меня нивелируется сразу, на входе.

 

– Не слишком ли сурово?

В нашей стране нельзя по-другому. Это за границей человек, заплативший деньги, будет пытаться выудить из инструктора максимум информации и, как губка, стараться её впитать. У нас же люди могут приехать на курс и за свои же, кровные, сачковать. Но поскольку моя совесть будет меня грызть, если проводить обучение «спустя рукава», я руководствуюсь одним принципом: хочешь, не хочешь – работаем.

Я иногда шучу: заплатил за курс определённую сумму, не хочешь учиться – заплати ещё столько же и уходи. Пока не нашёлся ни один такой. Остался – значит, я буду требовать выполнения всех задач, действий.

 

– Интересно, а как заставляете работать тех, кто не хочет?

– Всё же очень просто. До тех пор, пока вся группа не будет выполнять определённый элемент, к следующему мы не переходим. То есть если один человек не делает задание, с ним работают и все остальные – пока у него не получится. У людей всё равно есть чувство ответственности, стыда, и они включаются в процесс. А после «кнута» у меня есть определённые «пряники» – это мой личный опыт. Если рассказать, он не будет тайной. К тому же людей много, все с характером – и к каждому нужен особый подход.    

 

– По Вашему опыту, кого обучать сложнее – мужчин или женщин?

– После обучения у многих будет в голове каша, мешанина, руки могут путаться, человек пытается контролировать процесс управления – становится ещё хуже. А на третий-четвёртый выезд приобретённые на учёбе навыки доводятся до автоматизма, и райдер начинает ездить на уверенную «четвёрочку».

А насчёт того, кого учить легче, нельзя провести такую параллель. Если у человека есть желание, научить можно любого. Есть женщины, их, конечно, немного, которые «горят» горным снегоходом. И есть мужчины, которые тоже хотят ездить, но обучаются хуже. Хотя обучаться легче, конечно же, мужчине, потому что управление «горником» – это физическая нагрузка, а он в любом случае сильнее. Плюс проще людям, которые на «ты» с автогонками, с мотокроссом. Чувство газа, тормоза, движения техники, естественно, помогает. Им легче, чем новичкам, обучаться и прогрессировать.

 

Быть в ТОПе 

– Евгений, дайте совет новичку: с чего нужно начинать «дружбу» с горным снегоходом?

– На моих занятиях в сезон бывают два-три человека, которые ставят для себя задачу понять, их ли это увлечение. А после окончания курса на награждении говорят: «Спасибо, что сэкономил мне деньги. Горный снегоход – это не моё». Поэтому, прежде чем покупать снегоход, пройдите тест-драйв. Как показывает практика, этого вполне достаточно: даже если у тебя что-то не получается, но ты «загорелся». Если склоны, холмы, снег, газ вызывают восторг – значит, ты будешь ездить…

 

– А на чём? Какие бренды, модели лучше подойдут для этой цели?

– На данный момент снегоходы для горного катания есть только у двух брендов. Это BRP и Polaris. Они конкурируют друг с другом и находятся на пике. Начинать кататься лучше сразу на топовой модели. В обоих брендах – это снегоход с объёмом двигателя 850 куб. см, мощностью – порядка 160 л. с., длиной гусеницы – 154– 165 дюймов. Всё. Это образ идеального снегохода для гор. Лучше сразу купить такую модель, отучиться на ней и дальше продолжать ездить. Это будет и проще, и самое главное – дешевле, так как потом не придётся продавать снегоход, тратить на это силы и энергию и терять в деньгах. Если говорить о моих личных предпочтениях, то я все 17 лет катаюсь на снегоходах BRP. Почему? У этого производителя модели предназначены именно для управления в горах. . Они надёжны, их ликвидность выше, и даже если продавать, то в цене теряешь меньше.

 

– Объясните тогда, чем плохи модели на вторичном рынке?

– Смотрите: многие считают, что сначала купят снегоход попроще, научатся ездить, а потом приобретут новый. Но модельный ряд обновляется ежегодно, техника постоянно прогрессирует. Сегодня она позволяет меньше застревать, становится более управляемой, на ней меньше устаёшь, меньше разочаровываешься. А если мы взяли старый, «бэушный» снегоход, да плюс ещё предыдущего поколения, он в современных условиях просто не может ехать. И вместо того, чтобы получать удовольствие, райдер мучается, страдает на учёбе. Это то же самое, если сравнить «запорожец» и «мерседес», но только на автомобиле мы едем  по ровной, асфальтированной дороге, а передвижение на снегоходе по склонам, в снегу, среди деревьев отнимает много сил, поэтому в управлении им очень важны технические характеристики модели, ну и плюс физическая подготовка здесь – на первом месте.

 

– Снегоход – это травматичный вид спорта?

– Снегоход – это средство повышенной опасности, но не более, чем горные лыжи или сноуборд. Он может быть травматичным, если кататься неправильно, неграмотно и безбашенно. Также при езде в горах бывают лавиноопасные места. Там необходимо другое обучение и наличие лавинного оборудования. Конечно, в Усть-Бельске и вообще в Удмуртии лавин не стоит опасаться этого, но если вы поехали в Шерегеш, Приисковый и так далее, то необходимо это предусмотреть.

 

Правила экипировки

– Правило безопасности номер один  – это экипировка. На что стоит обратить внимание при её выборе?

– Многие новички либо вообще не имеют понятия о защите, либо она у них есть, да не та. Приведу простой пример. Сноубордические ботинки, тоже предназначенные для снега, совершенно непригодны для снегохода. Подошва у них ровная, и она не позволяет человеку надёжно зафиксировать ноги на подножке снегохода. Человек соскальзывает с подножки и теряет управление снегоходом. Поэтому при покупке ботинок нужно учесть несколько нюансов: это компактность, наличие мембраны, выемки в подошве для фиксации ноги на подножке и толстой подошвы. Она нужна для того, чтобы сбивать лёд с подножки, в этом случае ботинок работает как кувалда, а ботинок с тонкой подошвой (сноубордический)  – как тряпочка…

 

– Целая наука! А на что Вы рекомендуете ориентироваться при покупке защиты, шлема?

– Во-первых, она должна закрывать всё тело. И спереди, и спину, и что немаловажно – рёбра по кругу. От переломов суставов ещё никто не умирал. Но к летальному исходу могут привести внутренние кровоизлияния, когда ломается ребро и повреждает другие органы. Поэтому нам нужна надёжная защита от тупых ударов, а это ноу-хау того или иного производителя. На данный момент вся защита распределяется по направлениям: для снегохода, , – одна, для сноукросса – другая, для мотокросса – третья. И они не взаимозаменяемы. При покупке шлема самое главное – качество и комфорт.

 

– Ваши советы снегоходчикам?

– Во-первых, всегда включать голову. И чётко понимать грань, где заканчивается экстрим и могут возникнуть непоправимые последствия. Нельзя с малым опытом, недавно купив снегоход, пытаться совершать движения, аналогичные увиденному на Youtube. Во-первых, там в съёмках задействованы профессионалы. А во-вторых, вы не знаете, сколько перед этим было сделано дублей, чтобы получилась красивая картинка.

Для малоопытного райдера любой экстрим будет связан с травмами, падениями и так далее. Идёшь траверсом вдоль склона – всегда говорю, что нельзя «лупить» со всей силы. Это будет неуправляемый траверс. На снегоходе ты едешь за счёт центробежной силы, и если захочешь остановиться или объехать препятствие, то не сможешь. Если хочешь двигаться стабильно – научись ездить медленно. Тот, кто лучше всего чувствует снегоход, может двигаться медленно, и наоборот. Поэтому любой опытный райдер будет ехать медленно, стабильно в крутом склоне. А новичок ехать медленно не сможет, так как начнёт буксовать, а ехать быстро он не сможет, так как долго двигаться на скорости на снегоходе невозможно. Поэтому учитесь, а граница экстрима будет расширяться сама, с накатом, опытом и, естественно, с холодной головой.

 

Жить на скорости

– Евгений, Вы – двухкратный чемпион России по авторалли. Расскажите, как Вы увлеклись снегоходом?

Действительно, львиную долю времени я посвятил автогонкам, а вне сезона снегоход и ему подобные вещи не давали «закиснуть», позволяли выбрасывать адреналин, получать свою эмоцию. Поэтому в 2003 году я купил первый снегоход – кроссовер. Потом были горный, кроссовые снегоходы. Затем стал заниматься сноукроссом, отдал ему шесть лет – это тоже идеальный, сумасшедший, абсолютно мужской вид спорта.

В 2012 году специалист по лавинной безопасности – я бы сказал, лучший в нашей стране, известный райдер Андрей Красилов – совместно с дистрибьютором BRP организовали первую в России школу снегоходного вождения SkiDooKing. А я был приглашён в неё инструктором. Попрактиковав три года, разработал собственный курс – на основе того, чему сам научился, к чему шёл продолжительный период времени, – и начал преподавать.

Помимо снегохода мне интересны и другие технические виды спорта. Хотя моя профессиональная карьера автогонщика закончилась, в моём гараже стоит энное количество маленьких спортивных автомобилей определённых немецких брендов. Увлечение «моторчиком» – машиной, снегоходом, квадроциклом и так далее – это на всю жизнь!

 

– Раскройте секрет: ваши самые любимые места для катания?

– Это Камчатка. Там очень красиво, сплошные вулканы, соответственно, горы и снег. И ещё мне нравится приполярный Урал, гора Неройка. Там тоже богатейший рельеф, природа, и главное – отсутствие райдеров. В последнее время увлекающихся горным снегоходом стало очень много, все места массовой катки «испилены». Когда я был в Приисковом в 2008–2009 годах, то в нескольких километрах от посёлка уже можно было кататься. Теперь же надо проехать 30–40 км, чтобы найти место, потому что в округе всё «взорвано». И детский склон, и тренировочный, и для опытных райдеров. А кататься на склоне, где следы других снегоходов, мне неинтересно. Идеология любого снегоходчика –  найти уголки с  чистым, глубоким, нетронутым снежным покровом и искатывать их. А на Камчатке, на Неройке таких мест – не искатать.

 

Вся Ваша жизнь проходит на скорости. Можно ли сказать, что вам не знакомо чувство страха?

– У меня страх очень большой. Только границы его расширяются. Я люблю щекотать нервишки. Но одно – делать это без навыка и опыта, а другое – подключая мастерство и профессиональные навыки.