Джемал Сурманидзе. Комфортная среда. Что это, где и когда?

В России начинается реализация масштабного проекта преобразования городской среды – приоритетный проект «Формирование комфортной городской среды». Его оператором является Министерство строительства и ЖКХ РФ, а куратором – заместитель министра Андрей Чибис. Чем эта программа будет отличаться от подобных и что она должна изменить в судьбе российских городов, рассказал руководитель дирекции проекта Джемал Сурманидзе.

В мировом масштабе идёт борьба за человеческие ресурсы, это конкуренция территорий их проживания. Талантливый молодой человек из Ижевска может устроить свою жизнь не только в Москве, но даже в Сан-Франциско или Барселоне. А нам бы хотелось, чтобы он остался как минимум в Москве, а лучше в самом Ижевске и работал на его благо. Базовые первичные потребности человека, такие как безопасность, еда, тепло и т. д., в целом удовлетворены, инфраструктурные проблемы решаются, и есть ощущение, что появился запрос на новое качество жизни, желание жить там, где удобно, красиво и интересно. Если этого не предложить – мы будем проигрывать. Конкурентоспособность страны формируется на уровне городов. Основная цель программы и состоит в том, чтобы повысить конкурентоспособность всех российских городов, а не только столиц и мегаполисов. Это, если хотите, новая политика, новая стратегия. И это надолго. Сегодня выделяется некоторый объём бюджетных средств, завтра другой, потом, возможно, этим вообще решит заниматься бизнес. Но это будет происходить.

Да, опять импульс пришёл сверху, а не из муниципалитетов. В России многие хорошие начинания и реформы почему-то начинаются сверху. Но запрос в обществе существовал, он дошёл до людей, которые принимают решения, они им прониклись и дали обратную связь. Подобные программы, конечно, уже были. В чём принципиальное отличие этой? Очень хочется, чтобы она реализовывалась с осуществляющимися в различных форматах прямым и косвенным вовлечением жителей городов. Поэтому обязательным условием, которым сопровождается субсидия, является участие населения. Это могут быть слушания, проектный семинар или даже архитектурный конкурс. Это будет отслеживаться, а лучшие практики – поощряться. От стадии выбора до оценки сделанного.

Второй важный момент – комплексность решений, реализуемых в рамках программы. Мы должны постепенно забывать слово «благоустройство». Проект теперь – это не покрасить бордюр, это приобретение определённым городским пространством нового качества. Из площади, где людей нет или она используется два раза в год, делается место, где люди бывают каждый день, где можно погулять или ещё как-то с пользой и удовольствием провести время. В административный обиход, наконец, пришёл профессиональный термин «общественные пространства».

Да, есть вопрос, на каком уровне регионы это воспримут и смогут сделать. Если подойти по старинке, ограничиться лавочками во дворах, будут проекты хуже. Там, где воспользуются ситуацией и сделают комплексно, будет хорошо. Появится много проектов и про привычное благоустройство, ничего плохого в этом тоже нет. Просто реализацией именно этой программы мы делаем запрос на изменение качества среды и территорий. Нам надо учиться мыслить пространствами, а не объектами. Вот в Ижевске проблемы бульвара Гоголя решаются не на бульваре, а на улице Ломоносова, и говорить мы должны про квартал в целом. Если городские власти и население станут думать о решениях здесь, то получится именно развитие территории.

В этом году средства программы придут во все регионы. Они распределяются пропорционально населению и уровню бюджетной обеспеченности субъекта, от этого зависит и доля софинансирования. Выделено 25 млрд руб., также чётко определено, что 2/3 субсидий должно уходить на дворовые территории. Их состояние достаточно плачевно, с этим никто не спорит, и им уделено большое внимание. Но мы хотим видеть от регионов и муниципалитетов программы как минимум на 2018–2022 годы. И постепенно может происходить смещение целевого процента средств в сторону общественных пространств, потому что именно они формируют облик города, его конкурентоспособность.

А вообще эта деятельность неостановима, она шла даже в 1990-е, только со значительно меньшим качеством. Сегодня же появляется ресурс, чтобы предлагать более интересных проектировщиков, чтобы кого-то учить, создавать кафедры в вузах. Нам нужны специалисты, которые могут не только дерево посадить, но и подумать в целом, зачем этот бульвар нужен людям. Это более высокий уровень осознания проблем.

Конечно, выиграют те муниципалитеты и регионы, где хорошая коммуникация с населением, потому что они либо имеют уже готовые или обсуждаемые идеи, либо способны их быстрее подготовить. Будут, наверное, и те, кто население «организует» под «нужные» проекты. Мой посыл в том, что правильнее прислушиваться к мнению и жителей, и специалистов, а дальше решать. Ведь в том случае, если будут реализованы неинтересные населению проекты, отвечать придётся представителям местной власти, депутатам, которым будет трудно переизбраться.  Слушания и учёт мнения людей снижает эти риски, разумные вещи народ сам предложит и поддержит.

Механизмов участия людей на самом деле много: слушания, опросы, проектные семинары. Дело – в желании муниципалитета. Для каждого этапа реализации проекта уместен свой формат вовлечения жителей. Про выбор места можно опросить бизнес и население, а то ли мы берём. На стадии разработки технического задания хорошо бы провести проектный семинар, когда все стороны способны объяснить, что они хотят видеть. А на стадии обсуждения можно бы и выставку, люди посмотрят, выберут. Конечно, никогда не будет 100% консенсуса. Но я бы по этому поводу не переживал и ориентировался на активное большинство. Если человек активен, значит, ему это интересно, это действительно волнует. Надо слушать человека, который хочет высказаться.

При реализации удачных проектов новое качество среды становится востребованным и обществу начинает казаться естественным. Первые удачные кейсы будут тиражироваться. В Москве успех парка Горького дал некую новую модель жизни, и она шагнула в реальный город. Так же будет происходить и в других городах, в Ижевске, например. Когда через год-полтора-два появится приятная, аккуратно сделанная улица или сквер, или площадь, люди начнут её копировать, не столько решения, сколько некий стандарт качества. Сейчас мы в точке, когда можно толкнуть ситуацию и сделать так, чтобы эти проекты появлялись. Для этого нужно осуществлять коммуникацию между теми, кто хочет перемен, и теми, кто их может произвести.

В Ижевске уже приятно удивляет качество девелоперской культуры. Для провинциального города проекты внешне весьма привлекательны. Очевидно, что рынок это уже диктует. Что удивило – дефицит зелёных пространств. В Ижевске развитие парковых и зелёных мест является правильной инвестицией, об этом стоит думать. Заметен недостаток предложения каких-либо развлечений, он мало соответствует уровню города с населением 600 тысяч. Видимо, сказывается тяжёлая заводская история. Но город технологичный, люди разумные, и, наверное, они найдут свой формат обустройства среды.

В целом в России появляются заказчики, которые хотят такого комфорта – на уровне регионов и муниципалитетов, на уровне бизнеса, на уровне социальных групп. Общество уже требует большего. И появились исполнители и проектные команды. Реализация программы «Городская среда» – это шанс для поселений, которые хотят себя развивать. Это толчок, импульс. И здесь процесс общий абсолютно для всех категорий – жителей, бизнеса, администраций – у всех есть возможность это сделать.

Читайте также: